Товарищеская встреча | Спортивное общество Спартак

Спортивная история — в сегодняшнем нашем понимании большого спорта, — в сущности, не столь уж и длинна.


Однако событийная, если можно так выразиться, плотность так велика, что одни легенды с поразительной быстротой вытесняют из памяти другие, одни знаменательные факты, выдающиеся результаты и достижения приходят на смену другим.


Конечно, спортивные историки, спортивные статистики ничего не отдавали и не отдадут во власть забвения, И все же обыкновенному любителю спорта — пусть и с хорошей памятью — время от времени приходится напоминать о том или ином событии, заставлять его заново осмысливать, воспринимать масштабнее…


Впрочем, то, что связано с годами великой войны, все мы храним в благодарной памяти бережнее и трепетнее, чем многое другое.



Казалось бы, война и спорт…


Вот именно: казалось бы…


Поскольку война и спорт — тема, хотя и неоднократно затронутая, но далеко не исчерпанная. И возвращаться к ней будут еще неоднократно и неоднопланово.


Сколько раз публицисты и писатели отмечали, что вопреки пословице в этой войне музы не молчали, когда говорили пушки. Музы сражались — об артистах, выступавших на фронтах, немало у нас написано, рассказано. Большой спорт как зрелище тоже продолжался в военные годы. Как зрелище, добавим, необходимое людям в такое тяжелое, напряженное время.


Можно теперь предположить, что авторитет, скажем, послевоенного футбола рождался не на пустом месте. И не только ностальгии по мирной жизни обязан.


Забота партийных и советских руководителей о том, чтобы сберечь больших спортсменов, не дать прерваться спортивной жизни в самых сложных для страны обстоятельствах, сыграла, в конце концов, решающую роль.


Чемпионаты Москвы по футболу разыгрывались и в 42-м и в 43-м году. Они собирали переполненные трибуны и, главное, напоминали тем, кто на фронтах, — спортивные новости доходили и до них—о мирной жизни, о ее согревающих сердце подробностях, о том, что надо сейчас защищать, о том, что непременно вернется, будет существовать вновь.


Словом, портрет той жизни, которая наступит, когда враг будет разбит, не представлялся без спорта. Без футбола…


Это никакое не преувеличение. Вспомните — а те, кто родился позже, всмотритесь в кадры кинохроники и фотографии— переполненные динамовские трибуны тех лет. Нет, не только стосковавшиеся вообще по зрелищу люди стремились тогда на стадион. Футбол ждал своего достойнейшего зрителя, готовился к встрече с ним. Ответственность игроков того времени перед своим болельщиком, прошедшим войну, самоотверженно работавшим в тылу, тоже и по праву должна войти в легенду…


… Матч в Сталинграде, май 43-го года.


Не с него ли начинается отсчет новых отношений футбола со зрителем? Возможно, не стоит сравнивать его с героической игрой киевских динамовцев в оккупированном немцами городе или с матчем в блокированном Ленинграде, откуда шел прямой радиорепортаж на фронт… Но в ряду матчей, отметивших, ознаменовавших возрождение послевоенной спортивной жизни, мы можем смело поставить на совершенно особое место в спортивной истории товарищескую встречу московских спартаковцев и сталинградских динамовцев. И предположить, что никакими другими событиями этот матч никогда не будет заслонен или вытеснен…


Мы сказали: возрождение послевоенной спортивной жизни… Но война-то еще шла — до окончательной победы над врагом было еще далеко.


Спартаковцы предполагали вылететь с московского аэродрома в ночь на 1 мая.


… Ночь на исходе, светает, а распоряжения на посадку все не поступает. Поступает как раз обратное указание: сбор переносится на следующую ночь. Разъяснение: в связи с ожидаемым налетом немецкой авиации на Сталинград…


А в Сталинграде тем временем усиленно готовятся к встрече гостей. Матч решено провести в уцелевшем, чудом уцелевшем, пригороде — Бекетовке. На стадионе «Азот».


Восстановлены трибуны, выровнено поле.


Местные игроки, лидером и вдохновителем которых стал почти двухметрового роста вратарь Василий Ермасов (послевоенные любители футбола наверняка помнят эту колоритную фигуру в воротах «Торпедо» — волжский город в чемпионатах страны представляли тогда торпедовцы), полны решимости дать бой столичным знаменитостям.


Болельщики волнуются, естественно, за своих, но предвкушают, что тоже естественно, ни с чем не сравнимую для истинного любителя футбола радость — воочию увидеть прославленных мастеров из «Спартака».


«Спартак» — команда, за которую болеют, конечно же, не в одной лишь Москве.


«Спартак» любим во всех городах.


«Спартак» — символ взаимоотношений с футболом для миллионов людей…


И вот московские спартаковцы едут в открытых машинах по разрушенному, но выстоявшему в неслыханных испытаниях городу — спортивная история органически смыкается с героической историей всей страны, входит в нее, «как образ входит в образ».


Вот они…


Анатолий Акимов — вратарь, уже отличившийся в Париже в матче с профессионалами «Рэсинга», уже послуживший Льву Кассилю прообразом для «сухого», непробиваемого вратаря Антона Кандидова в романе «Вратарь Республики». Фильм по этой книге прошел перед войной по экранам. И вся страна пела песню из нее на музыку Дунаевского: «Эй, вратарь, готовься к бою, часовым ты поставлен у ворот…»


«Ты представь, что за тобою полоса пограничная идет», — теперь, на третий год войны, все отчетливо понимают, что значит граница, что значит защищать Родину…


Молодой дублер Акимова и главный конкурент на место в спартаковских воротах — Алексей Леонтьев. Он еще блеснет в матчах послевоенных чемпионатов. Станет потом известным спортивным журналистом. А через 40 лет вспомнит: «Бекетовка уцелела. Нас разместили в школе, расстелив на полу матрацы и вручив несколько гильз от снарядов, превращенных в осветительные приборы. Отдыхать, однако, не пришлось. Скоро на машинах повезли через весь город к тракторному заводу. И тут-то мы обнаружили, что жизнь не замерла в разрушенном Сталинграде. В обезображенных коробках цехов слышались гулкие удары, скрежет железа, вспыхивали огни автогена — уже началось восстановление первенца наших пятилеток. Но особенно запомнилась нам землянка, у которой женщина в ватнике и кирзовых сапогах стирала белье, а около нее на шесте была прикреплена табличка с такой надписью: «Ремонт обуви и одежды».


В составе гостей — прославленный пенальтист Георгий Глазков, чье хладнокровие при исполнении одиннадцатиметровых штрафных ударов и до сих пор не забыто. И любимец болельщиков форвард Владимир Степанов (по прозвищу Болгар), забивший 3 гола несравненным баскам, когда в 37-м году «Спартак» прервал успешную серию их выступлений в нашей стране, победив со счетом 6:2. И Николай Морозов — будущий тренер сборной СССР на самом успешном для нее мировом чемпионате в Англии. И Василий Соколов — капитан послевоенного «Спартака», а затем и тренер. И герой финальных кубковых матчей 46-го и 47-го годов Олег Тимаков. И, наконец, Владимир Щагин (выдающийся наш волейболист, он и в футбол очень неплохо играл).


Против них и других известных московских футболистов (Виктора и Бориса Соколовых, Малинина, Оботова, Сеглина, Смыслова, Холодкова) на поле выходят опытные местные игроки, чьи имена тоже небезызвестны: Беликов, Шеремет, Моисеев, Колосов, Зуев, Фролов, Гусев, Шляпин, Плонский, Пеликян, Назарчук, Иванов.


… Наскоро построенные трибуны рассчитаны на три тысячи, а народу собралось, по самым скромным подсчетам, тысяч 10, если не больше. В основном люди военные-жители города еще только начали возвращаться домой.


Обстановка, интерес к ритуалу, внимание ко всем мелочам приготовлений к матчу ничем вроде бы не отличаются от того, что привыкли мы наблюдать перед состязаниями самого высокого ранга. Но разве создание подобной атмосферы, так напоминающей мирные дни, не входило в замысел устроителей товарищеской встречи?


Правда, есть в ритуале и штрих, существенно отличающий предстоящую игру от матчей иных времен…


Мяч в игру «вводят» с пикирующего истребителя…


Приземлившихся на военном аэродроме в Сталинграде спартаковцев эскортировали два истребителя. Приветствуя футболистов, летчики, пилотировавшие истребители, говорили им, чтобы играли совершенно спокойно — охрана будет надежной. И тогда же попросили мяч — им хотелось поучаствовать в ритуале… Мяч они сбросили на поле с самолета. (Играли, правда, другим мячом. Сброшенный с неба кожаный шар отскочил от поля и, перелетев через трибуну, стал подарком для устремившихся к нему мальчишек. Что ни в коей мере не огорчило ни устроителей, ни участников матча, который по идее и должен был стать праздником для всех.}


… Гол, забитый хозяевами, оказался единственным.


В оставшееся до конца игры время спартаковцы атаковали беспрерывно. Но они столкнулись с обороной, стоявшей не на жизнь, а на смерть, как говорится…


Победу — или хотя бы ничью — знаменитости так и не вырвали.


Для больших спортсменов, а для спартаковцев тем более, мысль о поражении вообще непереносима. А уж в первые минуты после неудачи отрицательные эмоции обычно захлестывают. Однако в тогдашней ситуации получилось несколько по-иному. Игравшие в Сталинграде спартаковцы вспоминают, что впервые, наверное, в их спортивной жизни поражение не вызвало неизбежной горечи.


Спартаковцы понимали: главная победа — это сам факт состоявшегося матча в Сталинграде.


… После матча, вечером, в наскоро сколоченном летнем театре, вспоминает Леонтьев, футболисты были на концерте джаза Бориса Ренского (тоже своего рода символика довоенных времен).


И вдруг — выстрелы. Бьют зенитки.


Оказалось, что фашисты пытались заминировать фарватер Волги. Но ни с земли, ни с воздуха их не подпускали.


«Так что веселитесь», — сказал вышедший на эстраду майор.


… И вот минуло с того дня сорок лет.


Сорок лет спустя, опять же в первые дни мая, с московского аэродрома стартует самолет с футболистами «Спартака» — ветеранами, участниками того, давнего матча в победившем Сталинграде, и действующими игроками мастеров. Курс прежний — город на Волге. В составе прилетевших в Волгоград спартаковцев — игроки сборной, участники мирового первенства в Испании, победители престижных международных турниров, чемпионы Союза, игроки, известные всей стране: Дасаев, Гаврилов…


Против них на поле — футболисты волгоградского «Ротора».


В послевоенных чемпионатах наследники заметного до войны «Трактора» выступали неровно, чаще неудачно. «Ротор» играет в первой лиге. О команде, о молодых ее футболистах отзываются с похвалой.


Но «Спартак» — общепризнанный лидер. И силы встречающихся вряд ли равны. Матч, правда, товарищеский…


В напряжении сегодняшней спортивной жизни мы как-то не заметили, как померкло значение слов товарищеская встреча.


В деловом тоне произносится: контрольные игры, прикидки. Тренеры, мол, проверяют варианты, ищут наилучшие игровые связи, футболисты постепенно подходят к лучшей своей форме. Действуют как бы вполноги — приберегают силы и вдохновение для ответственных соревнований. И праздника футбола в подобных поединках ждать обычно не приходится.


Но понятие товарищеская встреча обретает в майском Волгограде 1983 года свой высокий смысл с первого же удара по мячу в матче спартаковцев и «Ротора».


А как могло быть иначе, когда на трибунах участники той встречи сорокалетней давности?


 


Много лет спустя после войны в Сталинград вновь приехали московские спартаковцы, участники знаменитого матча со сталинградским «Динамо»


До начала игры и ветераны, и те, кому сегодня предстояло выйти на поле в праздничном матче, вместе поднялись на Мамаев курган, осмотрели панораму «Сталинградская битва» и возложили цветы к памятнику защитникам Царицына и Сталинграда у Вечного огня.


… И снова знаменитые московские игроки проиграли.


Не стану утверждать, что спартаковцы не были задеты проигрышем от команды — пусть и весьма перспективной — первой лиги. Думаю, что старшим их товарищам было легче поздравить от всей души победителей — людей, столько переживших в годы войны.


Но связь времен, память (а не сугубо спортивный результат), бесспорно, принципиальное, главное и в этой поистине товарищеской встрече в заново отстроенном городе, выросшем как чудо (процитируем слова известного срутболиста Константина Малинина, участника матча 43-го года и теперь приехавшего на торжества) «на черной, обугленной земле, где и травинку найти было невозможно…»


На митинге после матча Олег Романцев сообщил, что комсомольцы «Спартака» и вся команда предлагают перечислить сбор от матча в Фонд мира. Это предложение было немедленно поддержано их соперниками в товарищеской встрече — футболистами «Ротора». И всеми присутствующими…


А.П.Павлов.