Последние материалы
Где можно выгодно купить охранное и пожарное оборудование Где можно выгодно купить охранное и пожарное оборудование Грандиозное событие в мире футбола: 23 марта 2018 года состоится матч Россия-Бразилия Грандиозное событие в мире футбола: 23 марта 2018 года состоится матч Россия-Бразилия Тренировки хоккейные Тренировки хоккейные Реально ли зарабатывать на ставках на футбол? Реально ли зарабатывать на ставках на футбол? Дополнительные свойства и характеристики ИБП для котла Дополнительные свойства и характеристики ИБП для котла


Родился 26 февраля 1902 г. в Москве, скончался 17 февраля 1996 г. в Москве.
Заслуженный мастер спорта (1934), Герой Социалистического Труда (1990).
Награжден тремя орденами Ленина (1937, 1987, 1990), орденами «Дружбы Народов» (1982) и «За заслуги перед отечеством 3-й степени» (1995).


В сборной Москвы — 1922-1935, РСФСР — 1928-1930.
Победитель Всесоюзной Спартакиады — 1928 и 1932.
Чемпион РСФСР 1922, 1927, 1931, капитан сборной Москвы — 1928—1933.
Победитель финального турнира третьей рабочей Олимпиады в Антверпене и турнира Всемирной выставки в Париже — 1937.


Играл нападающим в хоккей с мячом (до 1938), в сборной Москвы 1926-1935, РСФСР — 1926-1931, чемпион СССР — 1932, 1934, победитель Всемирной рабочей зимней Спартакиады в Осло — 1928.


Ответственный секретарь (1935, 1936) и председатель правления МГС «Спартак» (1937—1942), старший тренер «Динамо» (Комсомольск, 1945, 1946), «Динамо» (Алма-Ата, 1952, 1953). Начальник команды «Спартак» (1936, 1955-1964, 1967- 1975, 1977-1995).


Почетный президент Международного физкультурно- спортивного общества «Спартак» (1991 — 1996), которое в настоящее время носит его имя.




ГЕРОЯМИ НЕ РОЖДАЮТСЯ


Наверное нет в мире человека равного Николаю Петровичу Старостину. Согласитесь, быть ведомым «Спартака» шестьдесят с лишним лет — фантастический рекорд. И если к этому добавить, что Старостин с первых и до последних дней был лидером не по местам, которые он в спартаковском обществе занимал, а потому, что он из себя представлял как человек, руководитель, спортсмен, то это не имеет аналогов. Конечно, на первом плане у него был футбол, который, по мнению всех без исключения спартаковцев, членов его семьи, друзей, наконец, соперников был делом жизни Николая Петровича.


Он начал играть в 1917 г. в Москве в клубной команде Российского гимнастического общества, затем выступал за «Красную Пресню», «Пищевик», «Промкооперацию», «Дукат», а в 1935 — 1936 гг. за «Спартак». В 1935 г. секретарь ЦК ВЛКСМ Александр Косарев предложил Николаю Петровичу и еще ряду знаменитых мастеров создать новое спортивное общество, в основу которого должны были войти не только команды, но и коллективы спортсменов-производственников артелей промкооперации. И в предварительной беседе со Старостиным сказал, чтобы придумали название. Как вспоминал Николай Петрович, у него на квартире собрались несколько известных спортсменов. И долго не могли решить, как поступить. И вот когда уже брезжил рассвет, Николай Петрович взглянул на лежащую на столе книгу — Спартак Джованьолли. И предложил соратникам назвать так спортивное общество. Идея была, безусловно, точной. Герой итальянского писателя — гладиатор, лидер борьбы с тиранией. В тридцатые годы это было воспринято на «ура» не только в верхах, но и в широких народных массах.


Старостин был замечательным мастером атаки, правым крайним, одним из сильнейших в СССР. Он входил в составы сборных Москвы и страны, был их капитаном. Кроме того, Николай Петрович пользовался авторитетом, как интеллигентный человек и истинный профессионал не только футбола, но и спорта в целом.


Интересны и точны высказывания Николая Петровича о братьях: «Думаю, что Александр был по классу выше нас всех. Более того, я ставлю его мастерство выше мастерства теперешних защитников. Не сомневаясь, отдаю ему место в обороне сборной всех времен. Он очень удачно сочетал технику, силу, характер и спортивную злость. Несмотря на то, что рост Александра был всего 178 см, у него был прыжок, который позволял отрываться от земли на полметра и выигрывать верховой мяч. По характеру самый упрямый из всех Старостиных, он на поле был молчалив, великодушно прощал партнеру ошибки, никогда не кричал… Александр передал капитанскую повязку Андрею. Андрей в игре постоянно что-то подсказывал, кричал, умолял, грозил. Он был прирожденным вожаком, и это редкостное качество ставило его на поле в особое положение. Он имел право требовать, исполняя роль центрального полузащитника, не по названию, а по сути, являясь центральной фигурой на поле, мозгом и мотором команды. Рискну предположить, что Андрей — один из лучших капитанов в истории нашего футбола… Петр выступал в роли правого хавбека или правого полусреднего. Был очень техничен, самоотвержен и храбр. Петру трагически не везло. В самом начале спортивного пути он «потерял ногу» в игре с басками — испанец Силаурэн нанес ему травму. Диагноз скверный — разрыв связок. Медицинской спортивной науки тогда не было, связки сшивать не умели, об искусственных не мечтали. Петр был высшего класса футболист, быть может, потенциально самый талантливый из нас».


Себя Николай Петрович как бы поставил на последнее место. Но на самом деле игрок он был на редкость способный, с характером.


— Как-то я зашел на стадион Юных пионеров, вспоминает в своей книге партнер Старостина по сборной Москвы и СССР Михаил Якушин. — И увидел необычную картину. На поле в одиночестве тренировался Николай Старостин. Он без устали водил мяч, совершал с ним рывки, заканчивая их ударами по воротам. По существу, это была та самая индивидуальная тренировка, в необходимости которой мы столь безуспешно пытаемся убедить нынешних наших мастеров… Увлеченный зрелищем, я просидел всю его тренировку на трибуне, думая про себя, что так заниматься может человек, одержимый футболом. И проникся к нему с того времени глубоким уважением. Николай Старостин был типичным фланговым нападающим, славился неудержимым напором и сильными ударами. Особой хитрости в его игре не было, он шел с мячом, как правило, по прямой, что называется, напролом, и соперник, пугаясь неустрашимого форварда, нередко просто отступал.


Старостин, на котором, собственно, держался футбольный «Спартак» никогда не афишировал своей роли в достижениях команды. В интервью СМИ неизменно подчеркивал роль футболистов, тренеров. И тактично уходил от ответа на вопросы, связанные с его вкладом в победы. Он обладал высокой культурой общения. И, практически не было людей, которые слышали от него резкие слова.


— Всех нас подкупала его демократичность, его доброта, — писал в своей книге «Футбол — только ли игра?» заслуженный мастер спорта Никита Симонян. — Только в крайнем случае ни одной игры, ни одной поездки. Зубную щетку в сумку — и на самолет. Рассказывал, что ему звонит супруга Бескова, сообщает, что Константин Иванович себя плохо чувствует, поехать на игру не в состоянии: и, вообще, говорит, Николай Петрович, ему уже за шестьдесят, не мальчик…» Смеется: «Значит я еще ничего, Никит, а? Если о моем возрасте все забывают?»


Николай Петрович, по общему мнению, обладал великолепным даром убеждения. Он в разговоре на любую тему, не «давил» на собеседников, авторитетом, не действовал с позиции он употреблял власть, отчисляя игрока из команды. Но при этом никогда не унижал человеческого достоинства, разговаривал по-отечески: ему никогда не была безразлична судьба, в которую он должен вмешаться… Меня всю жизнь упрекали в мягкости. Но по сравнению с ним — я кремень. Когда требовал от него, как от начальника команды, применения санкций, он внимательно, сдвинув очки, смотрел на меня, будто видел впервые, и басил: «Слушай, Никит, я не знал, что ты такой жестокий, что можешь так ощетиниться». Его работа для любого может служить образцом отношения к делу. Не пропустил мэтра, а вел речь на равных, уважительно. И с помощью интеллекта, высокой культуры, профессионализма, наконец, чутья, свойственного Личностям, находил верное решение той или иной проблемы. И умело доказывал точность его точки зрения, оперируя фактами.


Например, в конце семидесятых годов украинские футбольные руководители усиленно склоняли федерацию футбола СССР, тренеров республиканских клубов к переводу чемпионата страны на систему «осень — весна». И именно Николай Старостин на специальном совещании разнес в пух и прах эту систему, при коей положение ряда команд, в том числе и киевлян, было более выгодным. Николай Петрович заявил, что нет смысла всем без исключения «месить» грязь на полях в осенние и весенние месяцы. И делить один чемпионат на две части с большим зимним перерывом. Он так и сказал: «В нашей стране в футбол надо играть летом».


В определенной степени историческим надо назвать предложение Старостина, сделанное Олегу Романцеву. Многолетнего капитана футбольного «Спартака» после завершения игровой карьеры главный тренер Константин Иванович Бесков пригласил в команду мастеров на роль его помощника. Прийти в «Спартак» вторым тренером? О чем, казалось, еще мог мечтать молодой футболист. Однако Николай Петрович специально встретился с Олегом и сказал: «действительно, это прекрасно — работать в «Спартаке». Но я полагаю, что тебе сначала надо еще многое узнать о футболе, поучиться, затем поработать с командами второго эшелона. И если ты раскроешься как тренер, то со временем сможешь с максимальной отдачей трудиться в «Спартаке».


Позднее Олег Иванович, став уже известным тренером, в разговоре о Николае Старостине, отметил, что поражен его видением человека, спортсмена. Ведь, действительно, все вышло по прогнозу Николая Петровича. Сначала Романцев закончил ВШТ, потрудился с московской командой второй лиги «Красная Пресня», подняв ее из низов таблицы в группу лидеров. Выиграл с нею Кубок РСФСР. Затем пришел черед работы в «Спартаке» (Орджоникидзе), где все складывалось неплохо. И вот, в 1989 г., ни кто-нибудь, а Николай Петрович Старостин называет кандидатом на пост главного тренера «Спартака» Олега Романцева. Можно только представить, насколько ходов, как гроссмейстер футбола, он видел все, что должно произойти в будущем. И неоспорим факт, что великолепные выступления спартаковцев в прошлом веке неразрывно связаны с деятельностью Николая Старостина, принявшего также и огромное участие в воссоздании общества «Спартак», упраздненного в 1987 г. Даже в период, когда он и братья были арестованы неизвестно за что — сначала их обвиняли в терроризме, потом придумали кражу вагона с мануфактурой… Кому-то очень хотелось избавиться от братьев Старостиных. В общем, на этот счет можно строить предположения. Не велик секрет, что была дана «команда» сверху. И следователи, не сумевшие найти улик, обвинили Старостиных в пропаганде буржуазного спорта. Людей, которые были преданы спорту советскому, за что еще до войны получили высокие государственные награды, звания. И ответственного секретаря правления Московского городского совета «Спартак» (1935—1936 гг.) и председателя правления МГС «Спартак» (1937—1942 гг.) отправили по маршруту Север, Урал, Сибирь, Дальний Восток. Но и ссылка не изменила Старостина. Он работал в Комсомольске старшим тренером местного «Динамо» (1945—1946 гг.), затем в алма-атинском «Динамо» (1952—1953 гг.). А немного позже, когда с братьев сняли все обвинения, вернулся в «Спартак».


Николай Петрович был человеком, который нес людям добро. Вряд ли найдутся люди, которые могут его в чем-то осуждать. Он занимал высокие посты, но никогда не кичился этим. Он не ставил себя выше других, что свойственно людям воспитанным. Старостин ярчайший пример преданности «Спартаку», он жил для него: помогал молодым, отстаивал интересы клуба, защищал в конфликтных ситуациях его честь. Безусловно, это, пожалуй, врожденные качества, присущие всем Старостиным.


Николай Петрович был заботливым главой большой семьи. Нежно относился к супруге Антонине, с которой прожил полвека, дочерям — Елене и Жене, к сестрам — Вере и Клавдии, братьям — Александру, Андрею, Петру, любил внучат. Елена Старостина рассказывала: «Папа был очень добрым человеком, он любил дарить подарки… А когда моя дочка Катя вышла замуж за Сергея Королева, сына легендарного конструктора, папа шутил — первый гол в космосе забьет моя правнучка Наташа».


Старостин был на редкость неравнодушным и внимательным. Об этом можно судить на одном примере. На первый взгляд, не заметном, но потрясающем по глубине чувств Николая Петровича к близким. Однажды в Лужниках на матче «Спартака» с киевлянами пошел дождь. Николай Петрович, мгновенно оторвался от игры, глянул со скамейки запасных на трибуну, где гордо, без зонта, восседал Андрей. И через считанные секунды поднялся к брату и заботливо укрыл его плащом.


— Николай Петрович Старостин, — писал в своей книге страстный поклонник «Спартака», главный редактор еженедельника «Футбол — Хоккей» Лев Филатов, — истинный основатель общества и футбольной команды. Но все, им сделанное, имеет далеко не «местное» спартаковское значение. Старостин был ярким, колоритным представителем отечественного руководителя. И как спортсмен, тренер, руководитель, публицист, непримиримо отстаивая свои взгляды и идеалы, Старостин способствовал развитию советского и российского спорта.


Николай Петрович Старостин — фигура историческая. Правда, говорят, что героями не рождаются. В этом ряду могут быть исключительно Личности. И Николай Петрович доказал это всей своей жизнью. Без него и сегодня немыслим «Спартак».


Подготовили Борис ДУХОН и Александр ПЕТРОВ.







* * *
«Я и мои три брата вырастали под влиянием отца, Петра Ивановича, и дяди, Дмитрия Ивановича, потомственных егерей. Они были людьми в своей профессии видными, в любой охоте знали толк. Про человека, который пытался выдать себя за заправского охотника, не имея на то оснований, они отзывались коротко, как отрубили: «Он нашему делу — баран». Я на всю жизнь запомнил это выражение, оно часто приходило мне на ум при встречах с людьми, корчившими из себя знатоков футбола и тщившихся на него влиять.




 


Братья Старостины: Александр, НиколайАндрей, Петр



Род наш, что и говорить, своеобразен. Бабушка, Надежда Терентьевна Старостина, — православная, а дед и вся родня по линии отца — старообрядцы. Они не знали вкуса вина, не курили… Мать — Александра Степановна — среди пятерых детей была третья. Вышла замуж за отца, когда ей было восемнадцать… Ни в какие дрязги, мелочи она, как правило, не вмешивалась, будучи по-настоящему мудрой женщиной.»


Николай Старостин, «Футбол сквозь годы»
(М., «Советская Россия», 1989).


* * *
«Я зашёл как-то на стадион Юных пионеров и увидел необычайную картину. На поле в одиночестве тренировался Николай Старостин. Он без устали водил мяч, совершал с ним рывки, заканчивая их ударами по воротам. По существу, это была та самая индивидуальная тренировка, в необходимости которой мы безуспешно пытаемся убедить наших сегодняшних мастеров…


Увлечённый зрелищем, я просидел всю его тренировку на трибуне, думая про себя, что заниматься так может человек, одержимый футболом. И проникся к нему с того времени глубоким уважением. Николай Старостин был типичным фланговым нападающим, славился неудержимым напором и сильными ударами. Особой хитрости в его игре не было, он шёл с мячом, как правило, по прямой, что называется, напролом, и соперник, пугаясь неустрашимого форварда, нередко просто отступал перед ним.»


Михаил Якушин, «Вечная тайна футбола»
(М., «Физкультура и спорт», 1988).


* * *
«Всех нас подкупала его демократичность, его доброта. Только в крайнем случае он употреблял власть, отчислял игрока из команды, но при этом не унижал человеческого достоинства, разговаривал по-отечески: ему никогда не была безразлична судьба, в которую вынужден вмешаться…


Меня всю жизнь упрекали в мягкости. Но по сравнению с ним я кремень. Когда требовал от него как от начальника команды применений санкций, он внимательно, сдвинув очки, смотрел на меня, как будто впервые, и басил: «Слушай, Никит, я не знал, что ты такой жестокий, что можешь так ощетиниться»


Его работа для любого может служить образцом отношения к делу. Не пропустил ни одной игры, ни одной поездки. Зубную щётку в сумку — и на самолёт. Рассказывал, звонит ему супруга Бескова, сообщает, что Константин Иванович себя плохо чувствует, поехать на игру не в состоянии: «И вообще, Николай Петрович, ему уже за 60, не мальчик…» Смеётся: «Значит, я ещё ничего, Никит, а? Если о моём возрасте забывают?»


Никита Симонян, «Футбол — только ли игра?»
(М., «Молодая гвардия», 1989 г.).


* * *
«В 1937 году «Спартак» вместе с «Динамо» был награждён орденом Ленина. В постановлении ЦИК СССР было отмечено, что эти общества играют ведущую роль в советском физкультурном движении. Тогда же высшей награды был удостоен Николай Петрович Старостин, человек, имя которого неразрывно связано с появлением «Спартака»…


«Многое с тех пор изменилось, — задумчиво говорит Николай Петрович. — И структура общества, и его численность. Сейчас в сфере влияния «Спартака» в одной Москве полтора миллиона людей…» Я спрашиваю Старостина, что он сам считает своим наиболее примечательным спортивным достижением.


«Прежде всего, то, что и я, и мои три брата всегда были верны одному клубу. И ещё то, что я причастен к семи победам футболистов «Спартака» в чемпионатах, к четырём в розыгрыше кубка. Правда, я не всегда фигурировал, как лицо, непосредственно участвовавшее в этих победах, но на какой бы работе я ни был, от футболистов не отходил ни на шаг…».


Что же сказать в заключение? Да, наш Николай Петрович Старостин — один из основателей как общества, так и футбольной команды «Спартак». Но всё, что сделано этим человеком, и то, что он продолжает делать, — всё это далеко не местное спартаковское значение. Он яркий, колоритный представитель нашего советского спортивного движения. И как большой спортсмен в прошлом (футболист, хоккеист, легкоатлет), и как один из организаторов и руководителей крупного общества, и как начальник одной из наших футбольных команд, связанный с нею с первого до сегодняшнего дня. И как публицист, воинствующий, непримиримо отстаивающий свои взгляды и идеалы. Словом, человек, всю свою жизнь посвятивший советскому спорту».


Лев Филатов, «Дело жизни — «Спартак», 1971 год.
(Журнал «Спартак», №2(5), февраль 1999).